Аналитика

Самоограничение адвокатуры

В "Адвокатской газете" №16 за 2012г. опубликована статья адвоката Буробина В.Н. о правовых нормах, содержащихся в законодательстве об адвокатуре, которые препятствуют активному участию адвокатов в хозяйственной жизни страны

Сохраняя сильные стороны нашей адвокатуры, мы должны ориентироваться на мировую юридическую практику

Решением Совета ФПА в июне этого года образована рабочая группа по совершенствованию Кодекса профессиональной этики адвоката. Представляется, что одной из ее задач может быть решение вопроса о содержащихся в этом акте запретах, которые препятствуют активному участию адвокатов в хозяйственной жизни страны.

Адвокату запрещается совмещать адвокатскую деятельность с некоторыми видами иной, «неадвокатской», деятельности. Стоит разобраться в соотношении этих понятий и посмотреть, нужны ли они на самом деле и как такие ограничения реализуются в жизни адвокатуры и каждого из нас.

Запреты в Законе и Кодексе
Запрет «совместительства» установлен в ст. 2 Закона об адвокатской деятельности, согласно которой адвокат не вправе вступать в трудовые отношения в качестве работника, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности, а также занимать государственные должности. Напомним, что в первоначальной редакции эта норма Закона содержала более жесткие ограничения, и адвокату запрещалось заниматься любой другой оплачиваемой деятельностью, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельностью.
После принятия Федерального закона № 163 от 20 декабря 2004 г. «О внесении изменений в Федеральный закон “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации”», который смягчил законодательные запреты по совмещению адвокатом различных видов работы, в Кодекс этики Всероссийским съездом адвокатов в этой части вносятся изменения, явно выходящие за пределы запретов, установленных Законом, и направленные на значительное, по существу ничем не обоснованное самоограничение адвокатской деятельности.
Статья 9 Кодекса была дополнена пунктом 3, в котором адвокату мы уже сами запретили:
– заниматься иной оплачиваемой деятельностью в форме непосредственного (личного) участия в процессе реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг;
– вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги либо участвовать в организациях, оказывающих юридические услуги;
– принимать поручение на выполнение функций органов управления доверителя – юридического лица по распоряжению имуществом и правами последнего. Возложение указанных функций на работников адвокатских образований также не допускается.
В самом адвокатском сообществе нет единого понимания целесообразности и толкования названных запретов, что порождает правовую неопределенность.

Достойное поведение в любом виде деятельности
Как быть и что в этом упречного для нашей корпорации, если адвокат учредил хозяйственное общество, занимающееся в том числе и юридической практикой, и сам выполняет правовую работу по гражданско-правовому договору с этой организацией; если он избран в состав совета директоров компании, стал арбитражным управляющим, председателем ТСЖ, медиатором, третейским судьей, работает в общественной организации и от ее имени оказывает юридические услуги, непосредственно и лично реализует какие-то товары, произведенные им самим в подсобном хозяйстве или в каком-то принадлежащем ему бизнесе?
Почему адвокатской деятельностью у нас не считается доверительное управление имуществом клиента, принадлежащими ему счетами, различными клиентскими фондами? Что во всем этом недостойного и порочного с точки зрения адвокатской деятельности? И кто лучше нас, адвокатов, может честно и законно делать всю эту работу для наших доверителей? Почему, наконец, весь этот сегмент юридического рынка мы сами своими руками отдаем нашим конкурентам – юристам?
В каждом случае поступления жалобы на адвоката или запроса по теме «совместительства» руководители адвокатского сообщества решают вопрос о том, подпадает ли сам по себе такой вид деятельности под запрет.
На самом же деле отвечать нужно на другой вопрос – что конкретно недостойного, нарушающего именно этические адвокатские нормы совершил адвокат, занимаясь тем или иным видом «неадвокатской» деятельности.

Улучшение Кодекса
Представляется, что необходимо взять на себя смелость и открыто сказать, что адвокаты намерены более активно участвовать в хозяйственной жизни страны, а положения п. 3 ст. 9 Кодекса подлежат «улучшению» путем исключения из Кодекса.
Есть два принципиальных соображения на счет ограничений в нашей профессии.
Во-первых, все запреты, связанные с конституционным правом гражданина свободно распоряжаться своими способностями к труду и правом на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельностью допустимы лишь в целях охраны более важных и фундаментальных целей. Ими могут быть защита основ конституционного строя, нравственности, здоровья прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства (ч. 1 ст. 34, ч. 1 ст. 37 ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Очевидно, что запреты для адвоката, находящиеся в анализируемом пункте Кодекса, не отвечают этим конституционным критериям.
Во-вторых, весьма неопределенны сами юридические термины, содержащиеся в этих нормах. Например, понятие «участвовать в организациях» действующим законодательством вообще не предусмотрено.
Представляется, что необходимо выявить общие критерии, позволяющие сформулировать единый подход к решению вопроса о правомерности запрета адвокату на занятие определенными видами деятельности. Таких критериев всего два – соблюдение адвокатом и адвокатским образованием при осуществлении юридической деятельности принципа независимости и неукоснительное следование этическим основам профессии.

Независимость и этика в хозяйственном обществе
Первый критерий установлен в п. 1 ст. 2 и ст. 3 Закона об адвокатской деятельности как основополагающий принцип адвокатской деятельности.
Многие адвокаты высказываются против возможности создания их коллегами предпринимательской структуры – хозяйственного общества, предполагающего объединение капитала адвокатов, а иногда и инвесторов и получение прибыли. В обоснование данной позиции указывается, что в бизнесе невозможно обеспечить независимость адвокатской деятельности, приоритеты интересов клиента, профессиональную этику. Думаю, что этика и независимость адвокатской профессии вообще никак не связаны с организационно-правовой формой работы адвоката. Это отчетливо показали иностранные юридические фирмы, работающие у нас как коммерческие предприятия. Не думаю, что их юристы менее этичны, чем наши адвокаты.
В результате развития частной хозяйственной деятельности возникла потребность в создании подобных хозяйственных обществ самими адвокатами. Эта потребность связана с существенными препятствиями для полноценного оказания юридической помощи доверителям в гражданско-правовой сфере при существующих сегодня организационно-правовых формах построения адвокатской деятельности. Назову лишь некоторые из принципиальных препятствий:
– невозможность заключения договора о юридической помощи от имени адвокатского образования;
– невозможность защиты юридического бренда, поскольку само адвокатское образование не оказывает услуг и является некоммерческим (определение КС РФ от 10 февраля 2009 г. № 244-О-О);
– невозможность в силу организационно-правовых форм для коллегий адвокатов, а для адвокатских бюро – существенное затруднение участия в конкурсах на поставку юридических услуг для государственных нужд и конкурсах, проводимых коммерческими организациями;
- существенные проблемы в страховании профессиональной ответственности адвокатских образований. В силу того, что само адвокатское образование не оказывает юридических услуг, возможно страхование только ответственности конкретных адвокатов, входящих в бюро, что в силу незначительной суммы страхования не может покрыть убытки при ошибках в ведении юридического бизнеса;
– наличие у адвокатов в адвокатском бюро полной материальной ответственности перед доверителем всем своим имуществом;
– несоразмерное налоговое бремя: адвокат платит 13 %, индивидуальный частный предприниматель – юрист и хозяйственное общество, работающее по упрощенной системе налогообложения, – 6 %;
– невозможность найма одним адвокатом другого. Для сведения, например, в адвокатуре Франции этот вопрос был решен положительно еще в начале XIX века.
По этим параметрам адвокатское бюро существенно проигрывает любому субъекту оказания юридических услуг на рынке, организованному в виде хозяйственного общества. Нужно вернуться к серьезному обсуждению будущего нашей адвокатуры с этих позиций. По-моему, организационно-правовая форма работы адвоката сама по себе ни в коем случае не отрицает существа адвокатуры – нашей этики, адвокатской независимости, адвокатской тайны, других достижений адвокатской профессии. С указанной точки зрения учреждение адвокатами хозяйственного общества не является нарушением основополагающего принципа адвокатской деятельности – принципа независимости.
Поэтому полагаю, что запрет адвокатам на участие в организациях, оказывающих юридические услуги в качестве их учредителей, фактически направлен не на обеспечение их независимости, а на ограничение конкурентоспособности адвокатуры.
Вторым критерием в подходе к решению вопроса о наличии или отсутствии тех или иных запретов в адвокатской работе является необходимость соблюдения адвокатом при осуществлении профессиональной деятельности этических основ адвокатуры.
Действия адвокатов по учреждению хозяйственного общества и занятие другими видами работ, не связанными с наймом в качестве работника, не являются безнравственным поступком, который умаляет престиж профессии и статус адвоката.
При отсутствии признака «безнравственности» никакие действия адвоката сами по себе не могут быть запрещены Кодексом профессиональной этики адвоката, поскольку не подпадают под его предмет, ограниченный ст. 1 Кодекса установлением обязательных для каждого адвоката правил поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанных на нравственных критериях и традициях адвокатуры, а также на международных стандартах и правилах адвокатской профессии.
Давайте, сохраняя сильные стороны нашей адвокатуры, будем ориентироваться и на глобальный юридический мир и на те правопорядки, где достигнуто большее в экономическом плане и где адвокат и адвокатские фирмы, наряду с аудиторскими и консалтинговыми компаниями, составляют основу развития бизнеса.

Виктор БУРОБИН,
член Совета ФПА РФ,
президент адвокатского бюро
«Адвокатская фирма “Юстина”»