Аналитика

Общие принципы адвокатской тайны

Обозначенная тема относится к разряду «вечных тем» нашей профессии и представляет исключительный интерес не только для адвокатов, но и для всего гражданского общества.

Обозначенная тема относится к разряду «вечных тем» нашей профессии и представляет исключительный интерес не только для адвокатов, но и для всего гражданского общества.
Нет доверия, нет адвокатской тайны, нет и самого института адвокатуры. Адвокатская тайна, ее пределы, гарантии соблюдения – это одни из сложнейших вопросов адвокатской деятельности и думаю, что решить их в полном объеме не удастся никогда и никому, даже нашему столь высокому собранию.
В свое время, когда адвокаты адвокатской фирмы «Юстина» писали учебный курс для адвокатов, мы назвали этот предмет «адвокатская деятельность», некоторые авторы называют его просто «адвокатура», а сейчас в Волгограде вышел учебник под названием «Поверенное право». Это название как мне представляется очень символично и отвечает главному – сути нашей работы с клиентом, первоосновой которой является полное доверие.
Конфиденциальность взаимоотношений адвоката и доверителя, гарантирующая соблюдение адвокатской тайны является публично – правовым принципом и охватывает не только и не столько интересы адвоката и его клиента, а осуществляется, прежде всего, в интересах правосудия и, в конечном счете, всего гражданского общества.
И в уголовном и в гражданском судопроизводствах особая значимость соблюдения этого принципа совершенно очевидна.
Важность этого принципа для уголовного судопроизводства состоит в том, что там адвокат является покровителем своего доверителя, его вторым я, защитником от государственного обвинения. Адвокат как бы сливается в одно целое со своим Доверителем. Естественно ни один человек не захочет рассказывать свои тайны другому, если будет хотя бы допускать, что они могут стать достоянием иных лиц, тем более, если такие знания могут быть обращены ему во вред обвиняющей стороной.
Не менее важно соблюдение адвокатской тайны и в бизнесе. Если ее не соблюдать, клиенты начнут врать своим адвокатам, и мы не сможем быть независимыми советниками доверителей в условиях неполноты информации и невозможности предупредить о правовых последствиях тех или иных их действий. В свою очередь разглашение адвокатской тайны в коммерческих делах может приводить к убыткам,
к расторжению контрактов, уничтожению бизнеса или нерыночному обогащению одних за счет других.
Именно поэтому все правовые системы мира признают и защищают законодательно институт адвокатской тайны, который уходит корнями к эпохе Римской империи, где в Дигестах Юстиниана римским судьям предписывалось следить, чтобы «адвокаты не давали свидетельских показаний по делу лица, чьи интересы они защищали».
Многие вопросы, связанные с адвокатской тайной в нашей стране решены и в законодательстве и в практике применения и в юридической науке.
В научной части вопросу адвокатской тайны непосредственно посвящены собственно четыре серьезные работы – это исследование А.Л. Цыпкина «Адвокатская тайна», сделанное им в 1947г. и перепечатанное для широкой общественности в журнале Вопросы адвокатуры в 2001г, «Адвокатская тайна» под ред. Буробина В.Н., 2006г., кандидатская диссертация А. Пшукова «Адвокатская тайна», защищенная в МГЮА в 2008г. и работа Пилипенко Ю.С. «Адвокатская тайна» 2009г.
Некоторый всплеск интереса к этой теме в последнее время появился, как мне представляется, в связи с тем, что сейчас определилась стойкая тенденция в нашем государстве, как, впрочем, и во многих других странах, наступления на адвокатскую тайну, стали предприниматься попытки сузить, урезать ее, ограничить определенными рамками. Чего стоит только требование Европейского сообщества к адвокатам доносить на своих клиентов в порыве борьбы с легализацией денег и имущества, нажитого преступным путем.
Статистическим подтверждением нарушения прав адвокатов в нашей стране, связанных с адвокатской тайной, могут служить данные, приводимые в диссертации А. Пшукова: на вопрос, бывали ли в вашей практике случаи нарушения адвокатской тайны со стороны правоохранительных органов, утвердительно ответили 88 процентов адвокатов – из них в 20-ти процентах случаев были попытки незаконных допросов, в 50 процентов – досмотры, в 5 процентов – обыски.
В этой же работе содержится еще один парадоксальный вывод – при советской власти гарантий адвокатской тайны было меньше, но и нарушений тайны со стороны государства тоже значительно меньше, отмечают адвокаты.

Прежде, чем перейти к правовому регулированию института адвокатской тайны в российском праве, дам взгляд наших процессуальных противников по этой теме, чтобы стало понятно, как сложен и неоднозначен этот вопроса практике.

Хочу привести высказывание из «удивительного» учебника под названием «Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизводстве», написанного не в печальном 37-м году, а в 2005г. заведующим кафедрой организации прокурорско-следственной деятельности Иркутского института повышения квалификации прокурорских работников Генеральной прокуратуры РФ неким Ю.П. Гармаевым. и предназначенного как сказано в аннотации для работников правоохранительных органов, судей, адвокатов.
Адвокатов в этом «труде» автор классифицирует как – адвокатов- организаторов, адвокатов-пособников и адвокатов- подстрекателей преступлений. Про адвокатскую тайну и ее соблюдение на стр. 48 там сказано буквально следующее – процитирую:
«По нашему мнению, субъекты расследования вправе назначать и проводить оперативно-розыскные мероприятия в отношении адвоката и его подзащитного, в том числе и во время их конфиденциальных свиданий». И далее в этом же учебнике по тексту все в том же духе.
Комментарии излишни, но когда такая, явно незаконная рекомендация исходит от уважаемого Института повышения квалификации прокурорских работников Генпрокуратуры, можно себе представить уровень понимания значения тайны для правосудия и для гражданского общества наших следователей оперативных работников, милиционеров.

К чему такое обучение и такие рекомендации приводят на практике? По печальному делу Юкоса в мотивировочной части приговора находим такие строки – « адвокаты ходатайствуют об исключении из числа доказательств по делу «Протокола обыска в адвокатском бюро «АЛМ-Фельдманс», поскольку обыск был проведен без санкции суда и несоблюдении иных законодательных гарантий адвокатской деятельности (В данном случае адвокат не был допущен в свой кабинет при производстве обыска). Однако, как далее пишет суд, данные выводы являются несостоятельными, поскольку в соответствии с постановлением о производстве обыска он производился не в отношении конкретного адвоката Дреля А.В., а в служебном помещении. Кроме того, доводы защиты о незаконности обыска в адвокатском бюро без санкции суда, а также невозможности использования изъятых там документов в качестве доказательств по делу не основаны на требованиях УПК РФ». Вот так суды трактуют институт «адвокатской тайны отнюдь не по рядовым уголовным дклам. Изъятые у адвоката материалы адвокатского производства суд по этому делу положил в основу обвинительного приговора.

Обыск в помещении адвокатского бюро «Адвокатская фирма «Юстина» в 2005г. также производился без санкции суда. Проводился в кабинетах 23 адвокатов, Нам пришлось два круга ходить по судам общей юрисдикции, которые отказывались в очевидной ситуации признать такой обыск незаконным. Мотивировка была такой – обыск проводится не у адвоката, а в связи с делом в отношении иного лица. И лишь решение Конституционного суда поставило точку в этом вопросе.
Этим решением, как мне представляется, мы в какой-то мере предотвратили разгул незаконных действий правоохранителей в части адвокатской тайны.

Подобным проявлениям грубейших нарушений адвокатской тайны адвокатское сообщество должно противопоставить очень серьезные барьеры и постоянно проводить большую работу в части обеспечения соблюдения адвокатской тайны. Мне представляется адвокатскому сообществу как задачу нужно ставить обостренное, в каком- то смысле «гипертрофированное» требование защиты адвокатской тайны. Вплоть до проведения акций протеста при незаконных действиях правоохранителей, нарушающих адвокатскую тайну- адвокатских забастовок, как это было в Воронеже и походов всем составом адвокатской палаты на прием к председателю Верховного суда Татарстана. В обоих приведенных случаях такие действия адвокатов и их руководителей имели положительный эффект.

Итак, адвокатская тайна абсолютна. И это не привилегия адвоката, а иммунитет доверителя, вытекающий из ст. 51 Конституции РФ, гарантирующей не свидетельствовать против себя и своих родственников.

Как регулируется адвокатская тайна в нашем законодательстве?

В соответствии с Указом Президента РФ «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» от 6 марта 1997 г. № 188, к сведениям,связанным с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен, отнесена и адвокатская тайна.

Понятие адвокатской тайны и ее содержание дано в статье 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»: «адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю».

Очень широкое и всеобъемлющее определение, казалось бы перекрывающее все аспекты тайны. Но на практике этого определения оказалось мало.

Кодекс профессиональной этики адвоката более детально раскрыл это понятие и к таким сведениям относит: факт обращения к адвокату, включая имена и названия доверителей; все доказательства и документы, собранные адвокатом в ходе подготовки к делу; сведения, полученные адвокатом от доверителей; информацию о доверителе, ставшую известной адвокату в процессе оказания юридической помощи; содержание правовых советов, данных непосредственно доверителю или ему предназначенных; всё адвокатское производство по делу; условия соглашения об оказании юридической помощи, включая денежные расчеты между адвокатом и доверителем; любые другие сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи.

Все эти сведения, перечень которых, очевидно, не носит исчерпывающий характер, являются объектом адвокатской тайны и подлежат защите.

Теперь посмотрим, как они защищаются по нашему закону? Я выделил шесть таких правил, которыми должны руководствоваться все юристы.

Общее правило – 1. Адвокат не вправе разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя (ст.6 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре).

2. Адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого не подлежит допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием; (ст. 56 УПК РФ)
3. Адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием (ст. 8 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре).
Обращаю внимание на разночтение ст. 56 УПК – не подлежит допросу, а ст. 8 Закона об адвокатуре – не может быть вызван и допрошен. На этом противоречии можно поиграть.Возникает вопрос, а что делать, если адвокату все-таки пришла повестка?

4. Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения. Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей. (ст. 8 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре).

5. Негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается. (Ст.6 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре).

6. Подозреваемым и обвиняемым предоставляются свидания с защитником с момента фактического задержания. Свидания подозреваемого или обвиняемого с его защитником могут иметь место в условиях, позволяющих сотруднику места содержания под стражей видеть их, но не слышать (Ст.18 ФЗ от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ
“О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений”)

Общий крупный минус нашего действующего законодательства – если для адвоката за нарушение адвокатской тайны предусмотрена ответственность, вплоть до прекращения статуса, то для остальных лиц, в том числе наших процессуальных противников такой ответственности нет, а суды общей юрисдикции чаще всего никак не реагируют на подобные нарушения.
Принципиально важным для всех нас является перенос содержания ст. 8 Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре о том, что вызов адвоката в качестве свидетеля невозможен, проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката допускается только на основании судебного решения, а полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий сведения, предметы и документы могут быть использованы в качестве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в производство адвоката по делам его доверителей в наше уголовно-процессуальное законодательство.

Позиция Конституционного Суда РФ по вопросам адвокатской тайны.
Неоднократно в той или иной форме КС высказывался по вопросам адвокатской тайны.
Судом было поднято и разрешено пять тем. Решались самые принципиальные вопросы :
- допрос адвоката;
- обыск в адвокатском образовании;
- осмотр помещения адвокатского образования;
- личный досмотр адвоката;
- проведение налоговой проверки в адвокатском образовании.
Для интереса:
2000 г. – 1 решение, 2003 г. – 1 решение, 2005 г. – 1 решение, 2007 г. – 1 решение
2008 г. – 4 решения, касающиеся адвокатской тайны. Это означает, что вопрос стоит очень остро.

I. Трижды КС высказывался по вопросу возможности допроса адвоката об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи своему доверителю.
К каким принципиальным выводам пришел КС в этих решениях?
Первое Определение от 6 июля 2000 г. № 128-О по жалобе В.В. Паршуткина.
Напомню, что в этом деле речь шла о том, что следователи пытались допросить адвоката по обстоятельствам, которые стали ему известны в рамках проведения юридических консультаций данных другому адвокату по гражданскому делу. Эти консультации об усыновлении (следователи рассмотрели эти действия как торговля несовершеннолетними) проводились задолго до того, как уголовное дело было возбуждено.
К каким выводам пришел суд:
- Защитник не впра¬ве разглашать сведения, сообщенные ему как в связи с осуществлением защиты, так и при оказании другой юридической помощи.
- Юридическая помощь адвоката не ограничивается процессуаль¬ными и временными рамками его участия в деле при производстве расследования и судебного разбирательства, она включает и возможные предварительные юридические консультации. Это правило действует вне зависимости от времени получения адвокатом сведений, составляющих адвокатскую тайну, и не ограничивает их сведениями, полученными лишь после того, как адвокат был допущен к участию в деле в качестве защитника обвиняе¬мого.
- Запрет допрашивать адвоката о ставших ему известными обстоятельствах дела распространяется на сведения, получен¬ные им также в связи с осуществлением защиты подозреваемого.

Что это означает это решение для нас в практическом смысле – все разговоры адвокатов друг с другом по делам своих доверителей, в том числе просто в рамках общих юридических консультаций охраняются адвокатской тайной.
Даже сны адвоката подлежа защите адвокатской тайной.
Второе Определение от 6 марта 2003г. № 108-О по жалобе Г.В. Цицкишвили.
В деле решался принципиальный вопрос – можно ли вообще допрашивать адвоката об обстоятельствах дела в суде? Вопрос этот оказался очень сложным и не разрешен на практике окончательно до настоящего времени.
Конституционным судом был сделан вывод о том, что адвокат вправе давать показания об обстоятельствах, которые стали ему известны или доверены в связи с его профессиональной деятельностью в случаях, когда сам адвокат и его подзащитный заинтересованы в оглашении тех или иных сведений.
Разрешив адвокату в благих намерениях давать показания в интересах своего Доверителя, как мне представляется, произошло определенное размывание понятия «адвокатская тайна».
Одновременно замечу, что позиция Верховного Суда РФ в данном вопросе отличается противоречивостью. В одних решениях (кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 1 марта 2004 г. по делу № 41-004-22сп. Бюллетень Верховного Суда РФ, 2005 г., № 1, с. 16-17) показания адвоката об отсутствии нарушений закона при производстве допроса на предварительном следствии, допрошенного в судебном заседании по ходатайству прокурора, признаются допустимым доказательством, в других (постановление Президиума ВС РФ от 7 июня 2007 г. № 71-П06. Бюллетень Верховного Суда РФ, 2007, № 7, с. 28-29) – несмотря на Определение КС РФ по жалобе гр-на Цицкашвили Г.В., делаются выводы о недопустимости допроса адвоката по ходатайству стороны защиты даже с его согласия.

Лично я придерживаюсь позиции, что адвоката никогда нельзя допрашивать, ни в пользу, ни тем более во вред своему доверителю. Никакой суд не может снять с адвоката обет молчания. И только тогда, когда против самого адвоката прямо или косвенно выдвинуты гражданские иски, обвинения, связанные с обладанием им адвокатской тайной Доверителя, он может, защищаясь от иска, дисциплинарного или уголовного обвинения раскрыть в необходимых пределах адвокатскую тайну.

Третье Определение от 29 мая 2007 г. № 516-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Гольдмана А. Л. и Соколова С. А. на нарушение их конституционных прав ст. 29, п. 3 ч. 2 ст. 38, п. 2 и 3 ч. 3 ст. 56 и п. 1 ч. 1 ст. 72 Уголовно-процессуального кодекса РФВ этом деле решался вопрос о возможности отстранения адвоката от осуществления защиты в связи с его допросом по делу в качестве свидетеля – так называемые «крестьянские» хитрости следователя. Адвокат часто бывает в таком положении, когда следователь хочет «выбить» его из процесса.

Интересна сама постановка вопроса:
по мнению заявителей, положения п. 3 ч. 2 ст. 38 и п. 1 ч. 1 ст. 72 УПК, как допускающие возможность допроса адвоката в качестве свидетеля без судебного решения и его отстранения на этом основании от участия в производстве по уголовному делу нарушают права, гарантированные ст. 48 (ч. 1) и 51 (ч. 2) Конституции РФ.

КС сделал вывод, что правило, согласно которому защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он ранее участвовал в нем в качестве свидетеля, исключает возможность допроса адвоката в качестве свидетеля об обстоятельствах и фактах, ставших ему известными в рамках профессиональной деятельности по оказанию юридической помощи.

II. О порядке проведения обыска в помещениях адвокатов и адвокатских образований.
Определение КС от 8 ноября 2005 года № 439-0 по жалобе С.В. Бородина, В.Н. Буробина, А.В. Быковского и других. Прежде всего, Конституционный Суд РФ указал на то, каким образом должны соотноситься нормы УПК РФ с нормами закона об адвокатуре в части установления повышенных гарантий адвокатской деятельности. Как известно, наш уголовно-процессуальный закон не содержит нормы по которой обыск в отношении адвоката проводился бы по решению суда.
Суд сделал очень важный и глубокий общетеоретический посыл – Решение вопроса о приоритете тех или иных законодательных норм в регулировании порядка производства следственных действий, сопряженных с ограничением гарантий неприкосновенности лиц, с особым правовым статусом, в частности адвокатов, определяется тем, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими; они определяют смысл, содержание и применение законов и обес¬печиваются правосудием. В силу закрепленного в данной конституционной норме принципа приоритетности прав и свобод человека и гражданина раз¬решение коллизий между различными право¬выми актами должно осуществляться исходя из того, какой из этих актов предусматривает больший объем прав и свобод граждан и устанавливает бо¬лее широкие их гарантии,а также является специальным законом. Это очень крупный вывод для адвокатуры, поскольку в нашем законе об адвокатуре есть очень много демократических принципов, которыми можно и нужно всем нам смело пользоваться в других сферах судопроизводства.
- Закрепление в части 3 статьи 8 закона об адвокатуре положения о том, что проведение следственных действий в отношении адвоката допускается только на осно¬вании судебного решения, имеет своим назначением охранение адвокатской тайны, учитывает особенности общего правового статуса адвоката как субъ¬екта оказания юридической помощи на профессиональных началах. В связи с чем законодатель был вправе предусмотреть, и предусмотрел в законе, в качестве средства обеспечения ад¬вокатской тайны введение судебного контроля за производством следствен¬ных действий в отношении адвоката, включая производство всех видов обы¬ска.
- В судебном решении о проведении обыска должен быть указан конкретный объект обыска, и данные служащие основанием для его проведения, с тем, чтобы обыск не приводил к получению информации о тех клиентах, которые не имеют непосредственного отношения к уголовному делу.
Здесь следует пояснить, что возникла другая крайность: суды сейчас дают санкции об обысках адвокатов, поступая очень формально, особенно не вникая, где и какие доказательства отыскиваются – санкции дается вообще обычно пишется – «изъять все, что имеет отношение к делу»– это не совсем законно.
- К сведениям, составляющим адвокатскую тайну, также относится информация, полученная адвокатом в процессе его профессиональной деятельности не только в отношении клиента, но и любых других лиц.
Суд выработал одно общее правило – Отступления от адвокатской тайны не может быть произвольным. Такие от¬ступления должны быть адекватными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей и могут быть оправданы лишь необходимостью обеспечения указанных в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации целей защиты конституционного строя, нравственно¬сти, здоровья, прав и законных интересов других лиц и общественной безо¬пасности.

II. Осмотр помещения адвокатского образования
Определение КС от 21 октября 2008г. по жалобам гр. Крюкова В.Ф. и Забелина Н.Г. по проверке ст. 7, 29, 176, 177 и 450 УПК РФ.

Суть проблемы – следователь СК при прокуратуре Курской обл. без возбужденного уголовного дела, основываясь на необходимости проведения неотложных следственных действий по проверке заявления о преступлении, якобы совершенном адвокатами, провел осмотр места происшествия – служебных помещений Курской коллегии адвокатов «Защита», изъяв определенные документы и предметы из адвокатских досье.
Как водится суды общей юрисдикции не признали такие действия следователя незаконными.
КС руководствуясь ранее принятыми постановлениями, в том числе и о порядке проведения обыска в адвокатском образовании, еще раз подтвердил, что хотя УПК прямо не предусмотрел судебную санкцию при производстве такого неотложного следственного действия, как осмотр места происшествия, подлежит применению п.3 ст.8 о предварительном судебном контроле, обосновав это тем, что «адвокатская тайна подлежит обеспечению и защите не только в связи с производством по уголовному делу, но и в связи с реализацией адвокатом своих прав в различных видах судопроизводства и оказанием гражданам консультативной помощи».

III. О проведении личного досмотра адвоката.

Определение КС РФ от 6 марта 2008 г. № 428-О-П по жалобе гражданки Кирюхиной И. П. на нарушение ее конституционных прав ч. 6 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса РФ и п. 6 ст. 14 Закона РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» Кирюхина оспаривала конституционность положений, которыми администрации исправительных учреждений предоставляется право производить досмотр находящихся на их территории лиц, их вещей, транспортных средств, а также изымать запрещенные вещи. Действительно, ч.6 ст. 82 УИК РФ и п. 6 ст. 14 Закона РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» позволяют администрации исправительного учреждения принять решение о проведении личного досмотра и в отношении адвоката. Однако такое решение, как указывает далее суд – исходя из повышенных гарантий защиты статуса адвоката – может иметь место, только если администрация исправительного учреждения располагает данными,позволяющими полагать наличие у него запрещенных к проносу на территорию исправительного учреждения предметов. При этом необходимость личного досмотра должна быть подтверждена указанием как на правовые, так и на фактические основания его проведения, а ход и результаты – письменно фиксироваться, с тем чтобы лицу, в отношении которого проводится личный досмотр, была обеспечена возможность судебной проверки законности и обоснованности соответствующих действий.
Что следует из этого решения в практическом смысле? Гарантии от незаконного личного досмотра адвоката в изоляторах повышены. Это означает, что не как раньше проходишь в СИЗО и выворачиваешь карманы, а наоборот, для того, чтобы осмотреть вещи адвоката у администрации должны быть веские основания, а мы вправе обжаловать эти действия.

IY. О проведении налоговой проверки в адвокатском образовании и содержании информации, предоставляемой налоговым органам адвокатами и адвокатскими образованиями
Первое Определение КС РФ от 6 марта 2008 г. N 449-О-П
“По жалобе некоммерческой организации “Коллегия адвокатов “Регионсервис” на нарушение конституционных прав и свобод положениями пункта 1 статьи 93 и пункта 2 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации”.

Суть проблемы состояла в том, что налоговый орган, проводя камеральную налоговую проверку акционерного общества, принял решение о проведении встречной проверки у контрагента общества – коллегии адвокатов и запросил у нее договор на оказание юридических услуг, а также сведения о документах, подтверждающих исполнение данного договора. В ответ на это адвокаты, сославшись на статью 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ”, сообщили, что запрашиваемые сведения составляют адвокатскую тайну, однако налоговый орган, квалифицировав данное письмо как отказ от предоставления документов, принял решение о привлечении коллегии адвокатов к ответственности за налоговое правонарушение.
Какие выводы сделал КС?
- Обязанность хранить адвокатскую тайну в равной степени распространяется не только на конкретных адвокатов, но и на адвокатские образования.
- положения Налогового кодекса РФ не могут рассматриваться как возлагающие на адвокатов и адвокатские образования обязанность предоставлять налоговому органу любые документы,содержащие сведения о клиентах, и, соответственно, предусматривающие ответственность за неисполнение такой обязанности как за налоговое правонарушение.
- Вместе с тем адвокаты и адвокатские образования, являющиеся налогоплательщиками в силу статьи 57 Конституции РФ, обязаны налоги и в равной мере со всеми другими налогоплательщиками вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, представлять в налоговый орган расчеты по налогам, а в необходимых случаях, – информацию и документы, подтверждающие полноту и своевременность уплаты налогов и сборов. Освобождение адвокатов и адвокатских объединений от обязанности предоставлять соответствующие сведения и документы исключало бы всякую возможность налогового контроля и не соответствовало бы целям и смыслу налогообложения.
Главное – содержание и объем информации, которую обязаны предоставлять налоговым органам адвокаты и адвокатские образования не должен приводить к нарушению адвокатской тайны.
Вопрос о том, какие же документы и сведения и в каком объеме адвокат должен предоставлять налоговому органу остался не разрешенным.

Второе Определение КС РФ от 17 июня 2008 г. N 451-О-П
“По жалобе гр. Карелина М.Ю. на нарушение конституционных прав и свобод положениями подп. 6 п. 1 ст. 23 и п.1статьи 93 и п. 1 ст. 8 и п.3 ст.18 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ”.
Какие выводы сделал КС?
- на адвоката не возложена обязанность предоставлять налоговому органу любые документы, содержащие сведения о клиентах.
- разрешение споров о том, содержит ли запрашиваемый у адвоката документ сведения, составляющие адвокатскую тайну или относится к документам, связанным с оценкой налоговых последствий адвокатской деятельности производится судом.

Общий вывод, который можно сделать из решений КС по налоговым проверкам – Налоговый орган вправе требовать от адвокатов сведения, которые необходимы для оценки налоговых последствий сделок, заключаемых с клиентами. Что касается сведений, которые связаны с содержанием оказываемой адвокатом юридической помощи и могут быть использованы против его клиента, то – исходя из конституционно значимых принципов адвокатской деятельности, – налоговые органы не вправе требовать их представления. Именно поэтому говорит далее суд, Налоговый кодекс РФ устанавливает,что при осуществлении налогового контроля не допускаются сбор, хранение, использование и распространение информации о налогоплательщике, полученной в нарушение принципа сохранности информации, составляющей профессиональную тайну иных лиц, в частности адвокатскую тайну.
Вопрос о содержании истребуемых налоговой службой у адвокатов сведений так и не был в полном объеме решен КС. Адвокатская палата Москвы дала такое разъяснение:
Договоры об оказании юридической помощи при проведении налоговой проверки не предоставляем. Первичными документами для налоговой проверки будут выписки по счетам, справка с указанием дат соглашений и актов выполненных работ, заверенные выписки из договоров с доверителями, а также документы, подтверждающие понесенные расходы.
Представляется, что технология нашей работы по налоговым проверкам может быть такой – полагаешь, что сведения, запрошенные налоговой составляют адвокатскую тайну – отказывайся их предоставлять и пусть этот вопрос – о передаче документов решается в суде.

Итак, общий вывод по теме:
Никаких компромиссов в деле доверия, на котором основывается вся сущность защиты, быть не может. Адвокатская тайна, являясь привилегией гражданина и основой доверия к адвокатской профессии, священна и абсолютна. Это корень адвокатской деятельности. Из нее тайны не может быть никаких исключений, установленных границ и она должна защищаться всеми известными праву способами, как самими адвокатами, так и государством. Последствия ее нарушения для общества будут гораздо более губительными, чем мифические плюсы от получения в конкретном отдельном случае такой информации.
Заканчивая, хотел бы привести слова из библии, которые как бы обращены к нам с Вами, ко всем адвокатам:
«Веди тяжбу с соперником твоим, но тайну другого не открывай.
Дабы не укорил тебя услышавший это, и тогда бесчестие твое не отойдет от тебя»
(Пр. 25, 9-10).

Нам самим необходимо последовательно отстаивать свои права и права своих доверителей, опираясь на выработанные правовые позиции и корпоративный адвокатский дух.
Что в практическом плане.

1. На занимаемом помещении адвокатским образованием должно быть четко и недвусмысленно обозначено, что здесь территория адвокатуры. Должны быть оформлена аренда или собственность или иное правовое основание нахождения адвокатского образования в этом помещении. Эти документы всегда под рукой.
2. На каждом кабинете табличка – «кабинет адвоката».

3. На каждом адвокатском досье соответствующая надпись – «Досье адвоката» (Форма)

4. На каждом компьютере прилепить скотчем такую же табличку.

5. Никогда не позволять себя допрашивать Форма письма.

6. На всех исходящих документах, в том числе и по интернету должна быть надпись «почта адвоката, сообщение содержит сведения, охраняемые адвокатской тайной».

7. При приеме на работу сотрудников – помощников, стажеров, секретарей – разъяснение им понятия адвокатской тайны и прав не свидетельствовать по вопросам клиентов.

Президент АБ «Адвокатская фирма «Юстина»
Кандидат юридических наук В.Буробин